Вторник
2018-10-23
10:43 PM
Приветствую Вас Гість
RSS
 
Сайт української творчої молоді
Главная Регистрация Вход
Каталог публікацій »
Меню сайта

Категории каталога
Поезія [22]
Проза [8]
Публіцистика [0]
Гумор [0]
Неформат [5]

Наш опрос
Чи подобаеться вас новий дизайн сайту?

[ Результаты · Архив опросов ]

Всего ответов: 35

Главная » Статьи » Проза

Ангел
AH Г EЛ.

ECЛИ TEБE ПЛOXO, HAЙДИ TOГO, KOMУ XУЖE,
И ПOMOГИ EMУ.

Глава 1
Он брёл по тускло освещённой фонарями улице. Из-за ворот и заборов иногда лаяли собаки, над домами стелился дым печных труб.
Он брёл, слабый, почти совсем бессильный. За спиной висели ободранные, грязные крылья, перья топорщились во все стороны, утратив былую белизну и гладкость. Одежда, волосы - всё в грязи, будто его только что вываляли в слякотной жиже, что хлюпала под ногами.
Дорога в этом бедном, больше похожем на убогое село, квартале города не была заасфальтирована, а лишь присыпана гравием, её сплошь покрывали выбоины, ямы да ухабы. А почва, натаскиваемая с огородов на обуви местных жителей, представляла собою густое месиво.
Он брёл по чавкающему месиву, сам не зная куда, опустошенный, лишенный своих силы и смысла, сброшенный с высот бог знает за какую провинность, сломленный, подавленный, да к тому же мокрый и голодный. Он стал ощутимо мёрзнуть. Как ни как, на дворе стояла вторая половина декабря, и даже в этом маленьком, можно сказать, южном городе начинался сезон морозов. Было вероятно, что скоро выпадет снег: белый, чистый, пушистый.
Он попытался закутаться в крылья. Толку это никакого не дало. Всё равно холодно. Он продолжал бессмысленно брести, углубившись в свои мысли, отрывки воспоминаний, которые чудом сохранились. Благо, думать было о чем.
И все же он брошен, лишен всего своего смысла и не нужен никому. Им овладевало бескрайнее отчаянье. Внутри него тихо плакала кристальная душа, обиженная на постигшею их несправедливость. У него у самого по лицу скользнули две слезинки, сорвавшись, смешались с поблескивающей в фонарном свете грязью дороги.
Он чувствовал, как грусть и боль расходятся вокруг него волнами, застилают округу, пульсирует. Это значило что он, привыкший со всеми бедами, невзгодами и трудностями справляться сам, теперь бессознательно просил о помощи. Поймав себя на этом, он пожал плечами: кто в состоянии помочь ему? Вот такой - бессильный, ни к чему не годный - он никому не нужен в целом мире.
"Ну, если я уж бреду куда-то, в чем смысла так же ни на медный грош, то
почему бы и не попросить о помощи? Всё едино - делать нечего".
Но в эту минуту справа от себя, метрах примерно в пятидесяти, в ровно пульсирующем течении его грусти обозначился новый очаг. Он полыхал тоской, страхом. Кто-то, погибая от горя, из последних сил звал, молил о спасении. Два одинаково чистые и глубокие потока боли вошли в резонанс и зазвенели. Повинуясь молниеносно сработавшим реакции и привычке, ангел метнулся сквозь пространство по прямой. Скорее, скорее к этому непонятному товарищу по несчастью!

Глава 2
Сам не зная, чего ожидал, ангел очутился посреди достаточно просторной комнаты, слабо освещаемой тем же фонарным светом, падающим из незанавешенного окна. В полумраке он разглядел неухоженость, бедность обстановки: дом стар, потолок провисал, стены пошли трещинами, одна из них сильно наклонилась. Всего было три стоящих в ряд комнаты: две большие и одна маленькая, которая находилась ниже, и в неё спускались три ступеньки. Ангел стоял в средней из комнат, что, по- видимому, являлась столовой. В ней находились жестяной умывальник, старинный буфет без стёкол и с облезшими дверцами, два холодильника, годов так семидесятых, объемный вещевой шкаф, подпирающий потолок, а ещё у стены синий клеёнчатый диван, из которого торчали пружины и стекловата. На круглом широком столе в центре комнаты, среди гор немытой посуды и разнообразного хлама сам черт переломал бы ноги.
Между столовой и соседней комнатой в стене располагалась печка. Возле неё, среди гор мусора и прочего топлива, на тазу с хворостом , прижавшись спиной к теплому печному боку, спал ребёнок. На повёрнутом к окну личике блестели махонькими бриллиантами слезы.
Ангел сильно удивился, его сердце сжалось, сострадая. Он подошел поближе, присел на корточки, рукою обтер слезинки. Присмотрелся. Это была девочка лет восьми-девяти, курносенькая, темноволосая. Личико, как у всех детей, ясное, чистое, милое, но слегка припухшее от пролитых слёз.
Вот кто звал на помощь, безнадёжно, без веры, просто когда боль хлынула через край.
Сейчас, устав от переживаний, поминутно всхлипывая, ребёнок заснул одетым в зимнюю шапку с курткой, обутым в уличные ботинки, и даже у теплой печки девочке было холодно. Старый дом совсем не держал тепла.
Ангел покачал головой, встал и отправился в соседнюю комнату. Два сундука, книжная этажерка, разложенный диван, письменный стол - вот все её жалкое убранство, густо покрытое пылью. Между этажеркой и столом, под окном кое-как была приткнута раскладушка. Ангелу пришлось переложить скомканное одеяло и подушку на диван, расправить простынь. Он водворил подушку на место, встряхнул одеяло и аккуратно застелил его сверху, откинув уголок. Затем он вернулся к ребёнку, осторожно перенёс его на постель, разул, снял шапку и куртку, после чего укрыл девочку и подоткнул одеяло со всех сторон. Она согрелась, вытянулась и теперь уже спала спокойно.
Ангел, устроив все более или менее, наконец, позволил себе задаться вопросом о родителях девочки. Неожиданно ответы пришли сами, просто возникли в его сознании: нетрезвый мужчина и усталая, как загнанная кляча, женщина. Они обычно возвращались домой к полуночи, принося в дом хлеб и ещё что-нибудь, что служило семье скудным рационом. Типичный случай. Ангел вздохнул глубоко и тяжело.
До полуночи оставалось ещё часа три. Нужно было, пользуясь случаем, хоть чуть-чуть привести себя в порядок. Повезло - на печи стояла большая выварка с теплой водою. На умывальнике ангел нашел шампунь. Порывшись в шкафу, достал оттуда мужскую рубаху и брюки. Грустно-ироничная улыбка мелькнула на его прекрасном лице. "И это я-то шмонаю по чужим шкафам, беру не свои вещи без спроса и разрешения? Боже, пускай пути твои неисповедимы, но в чем, в чем здесь смысл?"
Впрочем, избавившись от грязи и одевшись в сухое, он почувствовал облегчение. Когда он постирал свои одежды и развесил их на просушку, до него вдруг дошло, что кое-какая, пусть и маленькая, толика силы при нем осталась. Он мог скользить по пространству сквозь преграды, не утратил способность обширно воспринимать настоящее.
Потом он подошел к спящей девочке, долго и пристально смотрел на неё. "Господи, ну что ж ты делаешь с этим ребенком? Ну, в чем она провинилась перед всеми вами? Ведь душа её совсем-совсем чиста+ "
На дворе залаяли собаки, зазвенели ворота. Ангел тихонько погладил торчащую из-под одеяла макушку и скользнул вверх на чердак прямо сквозь потолок. В дальней маленькой комнате зажегся свет. Зазвучали голоса и шаги.
На чердаке ангел приютился в наиболее чистом углу, завернувшись в крылья. Было слышно, как далеко в центре города башенные часы пропели некую незатейливую мелодию и пробили двенадцать. "Всё, уже пора спать, - заявил ангел самому себе, - Впрочем, всё не так уж и плохо". Он повытаскал из крыльев последние куски грязи. "Вот только бы блохи не завелись+" При этой мысли он фыркнул. "Да, братец, пережив Великую битву, наспасавшись всякого народа, наигравшись со смертью вдоволь, остается только бояться блох. Ну-ну". "Господи, до чего же всё странно в этом мире!" "Всё, хорош!" Усилием воли ангел прекратил поток своих мыслей и отключился.

Глава 3
Настало ясное, трескучее утро. Даже солнце взошло красным, словно зарумяненным от мороза. Всё - деревья, дома, заборы, сараи, дорога - заиндевело и сверкало, придавая убогости великолепие. Над лесом у ближнего горизонта распростёрся купол голубого чистого неба, когда глядишь на него, аж глаза режет, то ли эта чистота, то ли мороз.
Проснулся ангел в это утро от жуткого, скрежещущего звона будильника, что доносился снизу. Прямо сквозь потолок он стал наблюдать за происходящим в доме. Двое на диване так и остались спать, а девочка встала, заправила постель, чуть поела хлеба и яблок, что лежали на столе, выпила полчашки чая. Потом собрала с письменного стола тетрадки и учебники, надела куртку, обулась. Она уже направлялась к дверям, заметила ангеловы джинсы и рубаху на печке, очень удивилась, но, бросив взгляд на свой злобный будильник, поспешно ушла.
Стремглав ангел спустился в комнату, снял с верёвки свои одежды, вознёсся на чердак, переоблачился, а вещи хозяина дома водворил в шкаф, на прежнее их место. Затем, с огромным трудом став невидимым, он рванулся по следу девочки. Скользя метрах в четырех от земли, он постоянно напрягал внимание, дабы не влипнуть в дерево или, того хуже, в высоковольтную линию электропередач. Девочка направлялась по своей улице в сторону центра. "Ух, ты, умница!" - подумал про себя ангел, он мельком сосканировал оценки из её дневника. Он был рад, что она сейчас окажется а теплой школе, среди весёлых подружек, которые растормошат, отвлекут, помогут забыть о навалившейся на детские плечи беде, что так мучила и терзала, угнетала ребёнка. Девочка заново обретёт, пусть хоть и ненадолго, разбитый накануне мир детских грёз.
Увидев, как девочка скрылась в школьных дверях, ангел поспешил назад, пронесся над её домом, заметил, что родители ещё дома, а поэтому полетел над улицей дальше, в ту сторону, откуда он вчера притащился, к лесу.
Издали он отличил место своего падения. Там, в глухом овраге, валялись огромные пласты черной энергии, кое-где размазана бурая слизь. Это все являлось останками мощного монстра, злого гения, созданного чьим-то дрянным человеческим разумом в минуту безумного гнева. Да, ангел обезвредил, просто-напросто уничтожил чудовище, но битва значительно измотала его, к тому монстр сорвал с его груди талисман, который являл собой нечто вроде пропуска на небеса. Поэтому при попытке вознестись служители неба чуть ли не в шею выставили ангела, приняв того за бомжа-хиппи, странствующего между землёй и небом. "Нелепо, но факт, - мысленно констатировал ангел,- Теперь я причислен к армии падших". Он грустно улыбнулся, развел руками, осознав, что надежда найти талисман пуста - он разлетелся на атомы, уберегая своего хозяина от смерти и высвободив энергию, нужную для победы. Ещё чуть-чуть ангел зачем-то пошатался по оврагу, после чего отправился к дому девочки.
Родители уже ушли на работу.
Дом, освещенный солнцем, выглядел ещё невзрачнее, чем ночью. Стали заметны даже самые маленькие трещины, неровности и выбоины, плесень в углах. В струящихся по комнате лучах плавали океаны пыли. Из незакрытого поддувала тянуло сквозняком, ангел закрыл его, нашел в углу веник и взялся за уборку. Хоть как-нибудь, хоть что-нибудь изменить в здешней обстановке, ведь нельзя ребенку жить в такой нездоровой атмосфере. И сам он просто не мог сидеть без дела и пассивно ждать, пока ему помогут. Он искал путь решения своих проблем. Первые шаги этого пути уже были намечены.
Помыв посуду и сложив её на сушилку, ангел снова обернулся невидимым и устремился в лес. Там он выбрал просторную тихую поляну у родника в дальней части леса. Сил, которые он получил при резонансе с девочкой, хватало, чтобы начать нарабатывать новые. Далее постепенно, ступень за ступенью, он собирался подняться вверх на некогда достигнутую высоту, вновь обретя безграничный свет, мудрость и могущество Ангела. И пусть этот путь невероятно долгий, но он существует. Это дарит веру.
Ангел провел в лесу около шести часов, впитывал в себя энергии земли и космоса по методике медитации древних йогов, но в какой-то момент он почувствовал разгорающийся очаг печали, одиночества страха и горя.
Тогда, не задумываясь ни на секунду, он рванулся туда.
Снова темная комната, на улице густые сумерки, фонари не горят. За чистым, прибранным столом сидит маленькая девочка и не по-детски тихо и горько плачет, захлебываясь слезами. Она подняла на него глаза, поморгала ими и удивленно, неуверенно спросила:
- Ты кто?
- Ангел я, - скрываться уже поздно, врать не хотелось. Он через силу, печально улыбнулся и спросил:
- А ты почему плачешь?("Идиот, мог бы и не спрашивать, сам то догадался небось")
- Мне+ - девочка запнулась, - кушать хочется. А нечего,- и она, перестав сдерживаться, заплакала громко. Этот простой ответ тысячей иголок вонзился ангелу в душу, он много бы отдал, чтобы никогда и нигде во всей вселенной не звучали такие слова. На миг ангел не выдержал, отвёл взгляд, но потом быстрым движением поднял голову и глянул девочке в глаза.
- Ты любишь молоко? - спросил он, осененный внезапной идеей.
Девочка молча кивнула.
- Тогда не плачь, сейчас будет тебе большая чашка теплого, вкусного молока. Ч-ч-ч, вытри слёзы, малыш.
Ангел взял с сушилки чашку и метнулся сквозь пространство на кухню соседнего дома. Круглая бабуся-крестьянка стояла у стола и процеживала свежесдоенное парное молоко. Оказалось, весьма кстати приметил ангел, что по соседству держат корову. Старуха сполоснула цедилку и вышла. Он налил в кружку до краёв пенящегося, теплого молока и вновь материализовался рядом с девочкой, протянул молоко ей, она выпила почти с жадностью, в глазах мелькнула благодарность и весёлые огоньки.
- Спасибо, ты - самый добрый ангел на свете!
- На здоровье, - ангел сделал шаг назад, но девочка схватила его за руку и в паническом страхе сдавленно закричала:
- Не уходи! Не бросай меня! Я не хочу быть одна! Побудь со мною. Ну, ангел, ну, пожалуйста!!!
Он совсем и не думал уходить, просто решил присесть на стул у окна. Но теперь вернулся к ней, погладил по темным, мягким густым волосам.
- Ч-ч-ч, я здесь, я рядом. Я с тобой. Не бойся+
Ангел взял девочку под мышки, поднял, усадил на одну руку, другой прижал к себе. Ребёнок уткнул своё мокрое и горячее личико ангелу в шею и оттуда шёпотом спросил:
- А ты настоящий?
- Да. Да, + Почти.
Но девочка уже спала, не услышав ответа, и он уложил ее, как и вчера.
В эту ночь родители домой не пришли.

HE ждu npu3нанuй - mom,
kmo ucmuннo noлюбum meбя,
нe cmaнеm выcmaвляmь cвou чyвcmвa нanoka3,
a npocmo ocmopoжнo вoйдёm в mвoю жu3нь
u cдeлaem eё paeм.

Глава 4

Часов в пять утра ангел, скрепя сердце и стиснув зубы, унизился до кражи.
Тем же путём, что вчера - молоко, сегодня он добыл из ближайшего магазина свежий хлеб. На подвиги материализации предметов из ничего он был ещё не способен, а девочку-то нужно было кормить, отправлять в школу. Подумав немного, он спер из магазина мало, из другого - творог и сардельки. В конце концов, он слетал в центральный супермаркет, припас круп, консервов и овощей. К семи он приготовил весьма вкусный завтрак, заварил свежий чай. Стал будить девочку.
- Так ты не сон, ты настоящий! - она хлопала ресницами и улыбалась.
- Ага, - он улыбнулся в ответ. Его душа радовалась. Между ним и этим крошечным созданием происходил постоянный резонанс, глубокий и полный, дарил веру и силы. Ангел заметил, как проявляется над головою нимб, чувствовал, как затягиваются раны на крыльях, и ещё чуть-чуть и он сможет, сможет вернуться в небо. Девочка улыбалась всё шире, её глаза излучали добрый чистый свет.
- Иди, пора завтракать ив школу.
- Да, иду. Ух-ты, это ты сам сварил? Вкуснятина!
- Ну, спасибо на добром слове. Кушай на здоровье, тебе пригодится энергия, чтобы учиться. И ещё для многого- многого другого, - он не смог хорошо спрятать грусти последней фразы. И, точно откликнувшись на его мысли, девочка пристально заглянула ангелу в глаза и с тревогой спросила:
- А мама и папа, где они?
Он боялся этого вопроса. Он уже знал слишком много. Он решил просто промолчать, может, не поймёт.
Трудно, трудно быть ангелом. Вероятно, все его проблемы заключались в том, что он не был абсолютным. Просто много лет назад его родила обыкновенная земная женщина. Мальчик рос умным, красивым, крепким, всегда выделялся среди сверстников чем-то. Может, глубиною восприятия и осознания, чувственностью, духовной высотой. Он ежеминутно, ежесекундно работал над собой, развивался, ставил и достигал высокие благородные цели. Он встал выше всех человеческих пороков и пустых амбиций. Окружающие люди не всегда понимали, но, по крайней мере, уважали его, некоторые пробовали брать с него пример.
Он пережил много горя и бед, но ни одна из них не смогла сломить его гордый, сильный красивый дух, заставить его свернуть с выбранного пути. Из его глаз всегда струился мягкий свет, бесконечная доброта.
Где-то в возрасте 23 лет он впервые влюбился. Надо ли говорить, что девушка, завладевшая его чувствами, была под стать ему милой, добросердечной. Когда они общались, проводили вдвоем время отдыха и работы, то испытывали радость, счастье, вершину блаженства. Уверенные в бесконечности благоденствия, они не загадывали и не заглядывали в будущее - просто жили, даря своё вдохновение окружающим.
Стоит ли упрекать судьбу в несправедливости, но однажды девушка, его прекрасная фея, заболела. В те времена медицина была слаба и малограмотна, больной с каждым днём делалось хуже. Парень мучался, метался от боли сострадания, но не знал, как помочь. Одной темной, дождливой ночью, когда девушка уснула, он, укрыв её потеплее, вышел за дверь в сплошную стену потоков воды и пошел, сам не понимая, куда. Ему казалось, в одиночестве он постигнет тайну выздоровления, спася её, да и себя самого.
Иногда сверкала молния, над пустынными холмами катились удары грома. В электрическом блеске черно-синяя округа вспыхивала, делалась на миг серо-белой и гасла во мраке. В отчаянье парень плакал, совсем как ребёнок, даже не стесняясь себя самого. То, что он терял смысл соей жизни, всю радость, можно было как-то пережить, но сознание того, что она медленно, неотвратимо и безвозвратно уходит в небытие, что любовь и свет перестают для неё существовать, рвало его сердце и душу в клочья. "Это невыносимо, это подло! - он стискивал зубы, захлёбываясь слезами, - Но должен, должен же быть выход!!! Где он?"
Вдруг одна из молний застыла на небе, по ней, как по трещине, разошелся серый небосвод, оттуда, по длинным жёлтым лучам к земле соскользнул силуэт крылатого стража с мечом.
- Ты, сын земной девы, - обратился он к юноше,- молишь о небывалом чуде.
Но готов ли ты пойти на всё, ради того, чтобы она осталась живой?
- Готов+ Почти на всё, на многое+
- Ты достиг апогея духовного развития на земле, ей будет дарована жизнь в эту ночь, но твоё земное существование закончено. Отныне ты станешь служить высшим силам.
Крылатый увел парня с собой. Может, в момент прощания с обычной жизнью парню и было жаль, но другого пути не существовало, и он даже был отчасти рад, что его не принудили совершать подлости, зло, предательства во имя любимой.
Утекло много лет, как сквозь пальцы песок, он обрёл собственные крылья, многим помог, спас бесчисленное количество жизней. Его уважали среди небесных жителей, но так же, как на Земле, не совсем понимали. Во-первых, вместо традиционной для ангелов белой туники он носил джинсы и клетчатую байковую рубаху. Во-вторых, но вообще вел себя странно и необъяснимо. Все, ради кого он рисковал жизнью, были ему чужими. А у него внутри скопилось необъятное море нежности и любви, которые некому было отдать. От этого он частенько в свободное время забивался в какой-нибудь уединённый закуток рая, где сидел, придаваясь светлым летучим мечтам, которые всегда забывал, очнувшись.

Наверное, сбылись мечты ангела. Сейчас, провожая взглядом идущую в школу девочку, он явственно ощутил, что впервые за всю свою ангельскую жизнь по-настоящему нужен кому-то. Причем, необходим именно он, со всей своей лаской, заботливостью, теплотой. Тихая радость наполняла его, восстанавливались силы, скоро, скоро он сможет вернуться к своей обыденной деятельности: предотвращать авиакатастрофы, спасать людей в бурях при кораблекрушениях, в сотый или даже тысячный раз уберегать мир от ядерной войны. Оставалось решить несколько задач на Земле, здесь и сейчас.
Ангел встал со стула, вымыл посуду. Многое время он посвятил медитациям, затем, получив достаточный заряд сил, отправился на поиски родителей девочки. Ангелу несколько не хватало многих своих небесных свойств и способностей. Мешало то, что он не четко видел варианты будущего, настоящее тоже не целостно, будто в тумане. Поэтому ему пришлось невидимкой долго бродить пешком по городу. Про родителей девочки он размышлял весьма нелестно: "Ну, как можно так вот запросто бросить своего ребёнка на произвол судьбы? Ведь не всё у них потеряно, и из этой ямы можно выбраться. Можно! Можно!!!"
"И куда они могли запропаститься? Я уже замучился искать, а ведь придётся ещё прибегнуть к гипнозу+ И следует состряпать им подсознательные программы по улучшению морально-материального состояния".
Вечером, когда зажглись фонари, ангел вернулся в дом. Снова в нем холодно, тихо, пустынно. Девочка сидела, как и тогда, в первый раз, у едва тёплой печи. У неё была высокая температура.

Глава 5

Нужно было действовать быстро и решительно. Ангел перетащил раскладушку к самой печке, переложил девочку и укутал её как можно теплее. Подумал, включил настольную лампу, растопил печь так, что она загудела. Дрова приятно потрескивали в её огненной утробе, внушая оптимизм, по комнате растекался теплый воздух. Девочка раскрылась: ей стало жарко, но температура росла, начинался бред.
Ангел пожалел, что не сведущ в области медицины. В буфете-то была коробка с лекарствами, но которые из них нужны, он не знал. Он положил девочке на лоб холодный компресс, только это не помогло, жар не спадал.
Он отлучился на полминуты, чтобы опять позаимствовать у соседей молока, а вернувшись, застал девочку сидящей на постели. Она громко плакала, причитала, звала родителей, кричала. Её всю сводило судорогами, маленькие ладошки неестественно выгнуты, пальцы были растопырены и словно задеревенелые, ноги отнимались. Ангел подбежал к ней, опустился на одно колено, взял в свои ладони её ручки, стал бережно разминать их, осторожно массируя. Надо срочно, во что бы то ни стало сбить температуру, иначе - конец.
От волнения у ангела сердце колотилось, как бешеное, кровь стучала в висках. Не припомнив ни одного, хоть даже народного жаропонижающего средства, он взял ребёнка на руки, закрыл глаза, абстрагировался от материального окружающего и тихо позвал.
Постепенно он стал ощущать всё явственнее и четче бескрайнюю вселенную. Могучие потоки вселенской энергии текли, издавая негромкий мелодичный звон, переливались, подчиняемые высшим законам, и подчиняя себе многое живое. Ангел зачерпнул из потока прозрачную искрящуюся энергию, преобразовал её и медленно, осторожно стал питать ею организм девочки, вкладывая в эту энергию свою нежность и любовь. Он ходил по комнате и укачивал её, как младенца. Сейчас он отдал бы себя на растерзание и вечные муки, только бы температура спала.
Наконец мышцы девочки расслабились, и она вся обмякла. Ангел облегченно вздохнул, прижал её к груди, покачал ещё чуть-чуть, уложил на раскладушку, укрыл, а сам присел на корточки в изголовье, облокотившись на краешек. Девочка выглядела усталой, бледность сменила лихорадочный румянец. Её лицо ровно ничего не выражало, просто безмятежность спящего дитя. Ангел в задумчивости долго смотрел на неё. Вдруг на миг девочка открыла глаза, окинула его мутным взглядом. Потом в них отразилось доверие и успокоение. Она вытащила ручку из-под одеяла, обвила ею шею ангела, слабо притянула его к себе и прижалась лицом к его щеке. Глазки закрылись, и девочка вновь погрузилась в сон.
На пару мгновений ангел задержался в её объятье, затем тихонько снял детскую ручку со своей шеи, приподнял краешек одеяла, положил ручку так, чтобы было удобно, и снова укрыл.
Долго ещё после этого он сидел подле девочки, глубоко погрузившись в свои мысли. В это время к нему возвращались сверхспособности и сверхумения,
В душе просыпалась сила, нарастала, пульсировала, и вдохновение наполняло душу.
В комнате становилось светлее. Ровное молочно-белое сияние плыло от крыльев ангела, перья разгладились, стали пышнее. Вдруг ангел поднялся, запел, взвился вверх, пронесся над улицей несколько раз, потом взмыл, словно нырнул, в темно-синюю небесную высь и стал описывать над городом круги, с каждым разом всё шире и шире. Песня ангела звучала громче, звенела, лилась, отражаясь в глубинах пространств и времён. Эта мелодия дарила исцеление всему живущему и страдающему.

Глава 6

Налетавшись, ангел завис над домом девочки, стремительно рухнул вниз, но, уже пересекая крышу, затормозил и плавно опустился рядом со спящей. Он повел левым крылом, и мерцающий золотом купол образовался над ней. Яркий луч света, словно прожектор, вырвался из груди ангела, коснулся купола, и тот засиял сильнее.
- Вот так. Теперь с тобою все будет хорошо. Всё будет в порядке. Завтра же+
Тут, повинуясь некому непонятному движению души, Ангел взметнулся на верхнюю полку этажерки, и уселся там, что петух на насесте. Тщетно он пытался стряхнуть обуявшею его радость и стать серьёзным. Через минуту он снова зашелся громким смехом. В соседнем доме бабка на чём свет стоит бранила кота, которого прямо обвинила в исчезновении молока. "Гм, пора бы и возместить убытки", - решил ангел и озорно улыбнулся.
Перед глазами бабки заплясали солнечные зайчики. Она от неожиданности выпустила ни в чем неповинное животное. Из неоткуда кастрюля наполнялась молоком. Дойдя до краёв, уровень молока остановился. Бабка разинула рот. В её глазах в эту ночь кот стал священным.
В магазинах ангел тоже восстановил пропажи. Сейчас он жаждал деятельности и впервые за обе части своей жизни неосознанно прятался за работой от своих мыслей. Но в итоге ему пришлось самостоятельно вынести себе диагноз: "влюбился". Да, он отдал бы всю свою любовь и жизнь тому, кто полюбит его. Кто виноват, что этим существом оказался ребёнок, маленькая девочка?
- Что ж, всё решено, и будет так, как решено. Разные дороги у нас, - произнёс он тихо, чтобы не разрушить сонную тишину затаившегося дома, - Детская память коротка, и ты забудешь меня, как когда-то - она. А я+ Я+Выживу, не сдохну, небось.
Этой грубостью он одёрнул сам себя, опять же силой воли отключил сознание и забылся ровным, механическим сном.
Над городом разгоралось утро. Солнце отражалось на заснеженных холмах и равнинах, казалось, город охвачен холодным пожаром, он словно утопал в россыпях серебра, золота, драгоценных камней.
Девочка на раскладушке зашевелилась и проснулась. Вынырнул из беспамятства и ангел, чуть не грохнувшись со своего насеста.
- Спи ещё, - сказал он почти сердито.
- А школа?
- Какая там школа? Ты слишком слаба.
- Но я не должна пропускать занятия, - она неуверенно поднялась.
- Эх, ну не будет сегодня занятий, хочешь?
- Как?
- В твоем классе прорвёт трубы отопления и детей отпустят домой.
В девочке разгоралось любопытство:
- Это ты всё так придумал и подстроил? Ради меня?
- Ну, посуди сама, этим трубам всё равно суждено было лопнуть. Так не лучше ли будет, если это произойдёт сегодня, когда в школе и сантехник, и учителя? А иначе это случится на каникулах, и тогда затопит весь младший корпус.
Девочке идея понравилась, она заулыбалась:
- Хорошо ты это уладил, всем - польза.
Ангел улыбнулся в ответ. Ему было чертовски приятно слышать такую похвалу. Поймав себя на этом, он смутился, и повисло молчание. Девочка нарушила его весьма удачным вопросом, который не давал ей покоя:
- Так где же мама с папой?
- Они придут сегодня где-то после обеда.
- Ой, хорошо! Только ты не уходи никуда, мне страшно одной, и ещё я хочу вас познакомить, - похоже, эта мысль привела её в восторг.
- Ага, ладно, хорошо.
Вдвоем они растопили печь, приготовили завтрак. Поели. Затем девочка взялась мыть посуду, а ангел занялся мужицкой работой. Ему было несколько непривычно держать молоток, отвык как ни как за долгие годы ангельской жизни. Но он достаточно успешно управился с обивкой дивана, починил пару стульев. Тем временем девочка наводила порядок в шкафах, протирала пыль, подметала. Иногда они поглядывали друг на друга, а, встретившись взглядами, улыбались. От их действий дом заметно преображался.
Так прошло полдня в заботах и хлопотах, утомившись, девочка уселась на своё излюбленное место на тазу с хворостом для растопки. Ангел прибивал планку к двери, чтобы меньше дуло.
- Скоро, скоро придут папа с мамой!
Он посмотрел ей в глаза и подтвердил:
- Да, скоро.
Ангел забил ещё пару гвоздей, когда он обернулся к печке, девочка уже спала, глубоко и спокойно.
- Пора, - сказал он себе. Подошел к девочке, склонился, долго пристально и с нежностью смотрел на неё, тихонько поцеловал, шепнул слова благословения и взвился прочь из дома. Его ожидало множество дел.

Глава 7

На дворе звякнула и забряцала цепочка ворот, в соседском дворе залаяли собаки, послышались шаги и хлопнули двери. От шума девочка проснулась. В комнату вбежали родители.
- Жива! - мать кинулась обнимать дочку, отец недоумённо оглядывался по сторонам.
- Солнышко, котик, прости, как же ты без нас?- мать едва сдерживала слёзы.
- Мам, мне ангел помогал!
- Ангел?
- Ну да, он такой добрый, хороший+ Я обещала ему вас познакомить. Только где же он?
- Ангелы - они все добрые и хорошие, - мать взялась накрывать на стол, они с отцом наперебой рассказывали о своих злоключениях, после сели ужинать.

На чердаке, пригнувшись под пыльной балкой, стоял ангел и наблюдал за происходящим. По его лицу струились слёзы умиления, и неизвестно то кого он прятал лицо в перья крыла. На улице совсем стемнело, было время уходить.
Он оказался во дворе, повернулся лицом на север, поднял к небу глаза. Одна яркая звезда вытянулась, стала светлой щёлочкой. Потом словно бы дверь открылась, из неё бил луч сета, блеснул, скользнул вниз, обозначив бесконечную чреду ступеней Лестницы В Небо. В дверном проёме мелькнули два силуэта и стали по обе стороны двери.
Лестница спустилась к ногам ангела, но он застыл, вновь и вновь обдумывая что-то. В нем шла жестокая внутренняя борьба. Разумом он понимал, что необходимо сейчас же подниматься туда, вверх. Это - долг, священная обязанность перед самим собой и всем живым. Но вместе с тем он навсегда, безвозвратно терял чудом обретённую любовь, свою звезду, мечту, высшее счастье жизни. И весь мир делался ему немил, грядущие перспективы тускнели и гасли, утрачивая всякий смысл. Ангелу захотелось бросить всё, плюнуть, уйти, разбить, разметать, превратить в руины всё это несправедливое мироздание. Вернуться - уйти? Взлететь - сорваться?
Неимоверным, сверхангельским усилием воли он заставил себя сделать первый шаг. Следом - второй. Теперь, не в силах больше сдерживать себя, он с отчаянным криком огромными прыжками через три-четыре ступени побежал вверх. Он бежал быстрее и быстрее без остановок. Электрическими разрядами трещало рассекаемое им энергетическое пространство. С земли этот мчащийся, рвущийся ввысь ангел казался кометой, что проносится в небесах, оставляя за собой сыпучие взрывы искр.
Чудилось, что с той недосягаемой вышины доносятся сюда треск разрядов и топот бегущих ног.

Ангел остановился уже у дверей и только тогда позволил себе оглянуться.
Тут абсолютно всё перевернулось в нем, умерли отчаянье и безысходность, боль и пустота. Ангел вновь обрёл свой смысл и смысл бытия: далеко, глубоко внизу на земле стояла маленькая девочка. Она махала ему рукой.
Улыбнувшись, он помахал в ответ. В этот миг он уже знал, что поджидающее его одиночество долгим не будет.
Девочка не забудет его никогда. Пройдут года, десять лет, она, уже взрослой, станет на путь высшего совершенства, найдет Лестницу В Небо, у неё появятся собственные крылья. И они будут вдвоем навсегда, навечно.
Впереди их ждало великое множество добрых, прекрасных дел.

Категория: Проза | Добавил: Twiggy (2006-04-21) | Автор: Натаніель
Просмотров: 1185 | Комментарии: 4 | Рейтинг: 5.0/1

Всего комментариев: 3
3  
спасибо!

2  
cry Прекрасно!!!!! Ти молодець!

1  
супер

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа

Поиск

Друзья сайта

    LitAngels 100х100

Статистика


Copyright MyCorp © 2018
Хостинг от uCoz